Мораторий на ВПР как первый шаг к их полной отмене

Слово Морато́рий (лат. moratorius — замедляющий, задерживающий) хоть и латинского происхождения, но в русском языке применяется довольно часто. Причем, у нас это слово чаще употребляется в более широком смысле, чем просто морато́риум — право на отсрочку платежа по долговому обязательству.

Возьмите, например, мораторий «на ядерные испытания» или мораторий «на применение смертной казни», т.е. для русскоязычной аудитории это слово носит ярко выраженный «гуманистический» оттенок, предостерегающий общество от действий, могущих повлечь локальную, а то и общемировую катастрофу.

И вот, наконец, дождались — в Госдуме РФ, Совете Федерации и даже Рособрнадзоре заговорили о моратории на Всероссийские проверочные работы в школах, введенные чуть более года назад якобы с целью оценки качества образования!

Мораторий на Всероссийские проверочные работы нужно было ввести сразу после их объявления

Мораторий на проведение ВПР (Всероссийские проверочные работы) стоило ввести ещё год назад, когда 20 апреля 2024 года было принято Постановление Правительства РФ № 556, которым нежданно-негаданно отсутствующие в Федеральном законе «Об образовании в Российской Федерации» ВПР были возведены в ранг «обязательных» закрытым перечнем мероприятий по оценке качества образования.

По-хорошему, на любые централизованные внешние диагностики мифического «качества подготовки обучающихся», отнимающие время и нервы этих самых обучающихся, их родителей и учителей, уродующие процесс обучения, правильнее было бы ввести не мораторий, а полный запрет.

А уж мораторий на проведение независимых диагностик МЦКО (Московский центр качества образования) жизненно необходим был ещё в октябре 2021 года, когда Департамент образования осчастливил московских школьников и их родителей изданием приказа от 11.10.2021 г. № 563, утвердившего «Положение о порядке организации и проведении мероприятий по независимой оценке качества подготовки обучающихся».

Диагностики МЦКО отсутствуют в перечне Постановления Правительства РФ № 556 и до осени 2024 года были совершенно необязательны для участия в них школьников. Даже несмотря на то, что эта информация намеренно добросовестно не доводилась до сведения родителей.

Как обычно, Москва руками чиновников Департамента образования решила выделиться «первой среди равных» по развалу кое-где ещё сохранившихся остатков фундаментального советского образования: в нормативные акты школ были внесены внешние диагностики МЦКО в качестве промежуточной аттестации, оценка за которую приравнивается к четвертной (триместровой) и идёт в расчет итоговой годовой оценки.

Более того, в нарушение поручения Президента о снижении нагрузки на школьников и уменьшении количества контрольных работ, колонка «промежуточная аттестация», наравне с четвертными (триместровыми) оценками, выскочила, как гриб после дождя, по всем предметам. В середине учебного года! Даже по тем предметам, по которым (пока?) нет диагностики МЦКО, дети пишут отдельную годовую работу так называемой промежуточной аттестации. По сути, экзамен в каждом классе по всем предметам. 

Всероссийские проверочные работы — всё пошло не по плану

Слегка опешив от «гласа народного» в виде недовольства родителей появлением в электронном дневнике дополнительного к четвертным (триместровым) столбца с оценкой за неведомую промежуточную аттестацию, влияющей на годовой результат, и закреплением внешней диагностики МЦКО в качестве этой самой аттестации, Департамент образования Москвы попытался экстренно согласовать с Рособрнадзором смену названия диагностик МЦКО на Всероссийские проверочные работы. Но как-то упустил из виду, что уселся в лужу ещё поглубже.

Во-первых: никаких изменений в приказ Департамента № 563 с момента так называемого согласования внесено не было, несмотря на весьма заметные расхождения в положениях приказа и Постановления Правительства РФ № 556, как не было и самого приказа на сайте www.mos.ru.

По запросу «Всероссийские проверочные работы в городе Москве» на сайте www.mos.ru можно обнаружить только информацию, из которой совершенно неясно, проводились ли ВПР в Москве в 2021-2023 гг., а ссылки, данные на эти проверочные работы ведут на страницу с надписью «Ошибка 404».

Во-вторых: проведение ВПР в порядке, принятом органами государственной власти субъекта РФ в целях апробации новых подходов к содержанию и технологиям проведения данных диагностик, немедленно попадает под действие положений ст. 20 Федерального закона «Об образовании…», устанавливающей необходимость соблюдения прав участников образовательного процесса при осуществлении инновационной и экспериментальной деятельности.

При проведении диагностик МЦКО-ВПР не соблюдаются, а прямо нарушаются права:

— на учёт мнения родителей при принятии школьных локальных актов;

— на должное информирование об изменении образовательной программы в середине учебного года;

— на промежуточную аттестацию, проводимую школой, а не третьим лицом;

— на реализацию образовательных программ в полном объеме без потери учебных часов на дрессировку по заполнению демо-версий;

— на конфиденциальность персональных данных учащихся.

Впрочем, если у нас теперь целый Федеральный закон может называться «О проведении эксперимента по…», то о своих правах школьники и их родители, по-видимому, должны заботиться самостоятельно.

В-третьих: одной только инициативы органов гос. власти по проведению мероприятий по независимой оценке качества подготовки обучающихся совершенно недостаточно. Из совокупности положений пунктов 31,32 статьи 2 и части 1 статьи 95.1 Закона «Об образовании…» следует единственный вывод: у участников образовательных отношений равное с органами государственной власти право на проявление инициативы в целях участия в оценочных мероприятиях в рамках мониторинга системы образования. Соответственно, и равное право на отказ.

И, наконец, в-четвертых: в целях «повышения эффективности государственного или муниципального управления» — а мониторинг проводится именно в этих целях, — сведения об образовательных результатах и достижениях обучающихся могут вноситься в федеральную и региональные информационные системы только в обезличенном виде (п. 9.1 ч. 1 ст. 6 Закона «О персональных данных»).

Что есть по сути своей мониторинг системы образования?

1)  Это мероприятия щедро финансируемые из бюджета, проходящие под лозунгом «чиновники научат учителей, как учить и оценивать», но как-то мало оправдывающие бурную деятельность органов по контролю и надзору в сфере образования и науки.

2) Это очередная аккумуляция персонализированных сведений о несовершеннолетних в специально созданной для этой цели базе ФИС ОКО, а формирование единых ориентиров и стандартизированных подходов к оцениванию образовательных достижений обучающихся — не что иное, как натаскивание учеников на обслуживание автоматизированных алгоритмов.

3) Это внешнее по отношению к школе оценивание, направленное (по разъяснениям Минпросвещения РФ) «на развитие внутренней системы оценки качества образования», что в переводе на человекочитаемый язык означает отъем у школьных учителей функций на осуществление текущего контроля успеваемости и промежуточной аттестации и передача их в руки «спецов» в области программирования и обучения нейросетей.

4) Это вырождение процесса обучения в контрольно-надзорные процедуры в отношении малолетних подозреваемых в потенциальном несоответствии жёстко унифицированным стандартам.

Мораторий на ВПР — следующие обязательные условия:

— добровольность участия в мероприятиях по независимой внешней оценке качества подготовки обучающихся;

— запрет на использование непрозрачных независимых оценочных процедур в качестве промежуточной аттестации;

— недопустимость их влияния на итоговую годовую оценку;

— исключение использования персонализированных сведений об образовательных результатах и достижениях учащихся для передачи в единую базу ФИС ОКО.

В этой редакции родительская общественность всецело поддерживает введение моратория на проведение ВПР как первый шаг к полной их отмене.

И даже больше: проявляет встречную инициативу — полный запрет ВПР.

Согласитесь, что до введения централизованных внешних оценочных процедур уровень знаний школьников был несравнимо выше.

Авторы – Вера Трошина, Рада Мельникова